Верховный Суд Российской Федерации указал, что с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора по доказыванию в Законе о банкротстве закреплена презумпция, согласно которой предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего лица в случае, совершения им самим, по его указанию или в его пользу либо с одобрения названного лица одной или нескольких сделок, значимых для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющихся существенно убыточными (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 23 постановления № 53).

Привлекая Тавитова С.Ю. к ответственности, суды применили данную презумпцию, Вместе с тем указанная презумпция является опровержимой. В частности, это означает, что если истец представил доказательства наличия существенно убыточных сделок, ответчик может дать пояснения по обстоятельствам их совершения и представить доказательства отсутствия с его стороны нарушения обязанности действовать добросовестно и разумно.

Так, директор освобождается от ответственности, если докажет, что в период заключенная, исполнения сделок он фактически не осуществлял управление по объективным, не зависящим от него причинам, например, вследствие тяжелой болезни.

... Однако установление периода, в течение которого Тавитов С.Ю. имел объективную возможность влиять на совершение вменяемых ему операций, сделки входили в предмет доказывания и имели существенное значение для правильного разрешения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности.