Верховный Суд Российской Федерации указал, что Конституцией Российской Федерации, в том числе статьей 8 (часть 2), гарантируется признание и защита равным образом частной, муниципальной и иных форм собственности. Осуществление гражданских прав, как это следует из статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, не должно нарушать права и свободы других лиц.
Равная защита всех форм собственности во взаимосвязи с критериями справедливости и соразмерности при установлении условий реализации того или иного права и его возможных ограничений подразумевают в том числе, что участники соответствующих правоотношений должны в разумных пределах иметь возможность предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав, действенности их государственной защиты (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 июля 2011 г. № 20-П).
... По смыслу правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 20 апреля 2010 г. № 9-П, вводя в действие новые правовые нормы и признавая утратившими силу прежние, федеральный законодатель — в силу статей 1, 2, 17 (часть 1), 18, 19, 54 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации — обязан соблюдать принципы справедливости, равенства и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства и не вправе придавать обратную силу новому регулированию, если оно ухудшает правовое положение личности, ограничивает ее субъективные права, уже существующие в конкретных правоотношениях.
Вместе с тем, в случаях неясности правового регулирования при установлении прав и обязанностей участников соответствующих правоотношений, необходимо исходить из указанных конституционных принципов, а также требования формальной определенности норм, с тем чтобы избежать нарушения универсальных начал правового регулирования и правоприменения, вытекающих из статей 1 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (постановления от 23 декабря 2013 г. № 29-П, от 25 июня 2015 г. № 17-П и от 30 марта 2018 г. № 14-П).
...Следовательно, понятие «период действия кадастровой стоимости» не является тождественным понятию «период применения кадастровой стоимости». Из изложенного следует, что поскольку Закон № 269-ФЗ сохранил ранее действовавшие ограничения для ретроспективного применения измененной кадастровой стоимости, а также ввел ограничения для изменения арендной платы за периоды, предшествующие изменению кадастровой стоимости по правилам статьи 22.1 Закона № 237-ФЗ, пересмотр кадастровой стоимости, ставшей архивной, не влечет пересмотр арендной платы и выкупной стоимости публичного земельного участка, определенной на основании кадастровой стоимости этого объекта, сведения о которой были внесены в ЕГРН в установленном законодательством порядке.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что государственная кадастровая оценка земель не лишена экономических оснований, и установление кадастровой стоимости равной рыночной не опровергает предполагаемую достоверность ранее установленных результатов кадастровой оценки. Возможность заинтересованным лицам применять установленную по их инициативе кадастровую стоимость в размере рыночной с 1 января календарного года, в котором подано соответствующее заявление о пересмотре кадастровой стоимости, обеспечивает необходимый баланс частных и публичных интересов (определения от 3 июля 2014 г. № 1555-О, от 20 декабря 2016 г. № 2687-О, от 27 июня 2017 г. № 1168-О, от 18 июля 8 2019 г. № 2168-О, от 28 апреля 2022 г. № 1022-О, от 26 сентября 2024 г. № 2402-О и др.).
Положениями Законов № 269-ФЗ и 135-ФЗ не предусмотрено, что указанное правило не подлежит применению в случае пересмотра архивной кадастровой стоимости по правилам Закона № 135-ФЗ. При ином подходе арендаторы, оспаривающие результаты определения архивной кадастровой стоимости по правилам Закона № 135-ФЗ, находились бы в более привилегированном положении, нежели те, кто оспаривает результаты определения кадастровой стоимости по правилам Закона № 237-ФЗ. К тому же право на обращение заинтересованных лиц с заявлением об установлении кадастровой стоимости земельных участков в размере их рыночной стоимости закреплено в Законе № 135-ФЗ, начиная с 2010 г., поэтому арендаторы публичных земельных участков имели возможность своевременно воспользоваться данным правом.
Таким образом, внесенная арендатором за пользование публичными землями арендная плата в размере, рассчитанном в соответствии с требованиями земельного законодательства, положениями нормативных правовых актов, регламентирующих порядок определения арендной платы за государственные и муниципальные земли, на основании кадастровой стоимости, сведения о которой в установленном порядке внесены в ЕГРН, по смыслу статей 1102, 1105 Гражданского кодекса не может рассматриваться в качестве неосновательно полученного обогащения арендодателем за период до пересмотра кадастровой стоимости земельного участка по заявлению арендатора.
Следует отметить, что ретроспективный пересмотр арендной платы на период действия архивной кадастровой стоимости и возврат правомерно внесенной в бюджеты соответствующих публично-правовых образований платы, приведет к неоправданному с конституционной точки зрения нарушению принципов стабильности, определенности и предсказуемости гражданских правоотношений, баланса интересов сторон, публичных интересов, с учетом того, что выплата денежных средств из бюджета влечет расходы соответствующего публично-правового образования, имущество которого в силу статьи 8 (часть 2) Конституции Российской Федерации и принятой в ее развитие статьи 124 Гражданского кодекса подлежит защите, осуществляемой и в рамках гражданско-правового регулирования.
Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 304-ЭС25-3418 от 27 ноября 2025 г.